Джеймс Обиора: В чемпионском «Локомотиве» было что-то, что невозможно описать словами

Джеймс Обиора: В чемпионском «Локомотиве» было что-то, что невозможно описать словами

Джеймс Обиора – один из самых ярких легионеров в истории «Локомотива»: волшебный дриблинг, сумасшедшая скорость, 14 мячей в дебютном сезоне, два чемпионства, Кубок России, гол «Реалу» на «Бернабеу».

В 2004 году он ушел из «Локомотива», сменил несколько команд и завершил карьеру в четвертом дивизионе Франции, после чего окончательно пропал с радаров. Мы дозвонились Джеймсу в Нигерию, чтобы поздравить с днем рождения и узнать, чем он занимается сейчас. «Разве болельщики «Локомотива» меня еще помнят?» - удивился Обиора.

- Про тебя очень давно ничего не слышно. Чем занимаешься?

- Живу в Нигерии, у меня все отлично. После завершения карьеры присоединился к своим братьям, которые занимаются недвижимостью. Пока я был футболистом, они развивали компанию. Мне показалось, что это хороший шаг после ухода из спорта. Я очень счастлив и благодарен богу за это.

- Когда ты в последний раз был в Москве?

- Даже не вспомню, прошло слишком много времени. Возможно, в 2004 году, когда я перешел из «Локомотива» в «Ньор». Я еще какое-то время узнавал новости о команде, но после завершения карьеры в 2009-м практически перестал следить за футболом. Начал новую жизнь, которую посвятил бизнесу и недвижимости. Очень доволен своим выбором. Могу сказать, что с тех пор я потерял интерес к футболу.

- Ты перешел в «Локомотив» в 2001 году. У тебя были опасения перед приездом в Россию?

- И да, и нет. В первый раз я побывал в России в 1996 году с «Андерлехтом», когда мы играли против «Алании» в Кубке УЕФА. У нас был транзитный рейс через Москву. Во Владикавказе наша команда была немного напугана, потому что по городу ходили военные с оружием, ездили танки. Мне кажется, что рядом шла война. Поэтому, когда в 2000 году «Локомотив» связался с моим агентом, я беспокоился о безопасности и отказался переходить. Но агент очень хотел, чтобы я стал футболистом «Локомотива». Он убедил меня приехать в Москву и посмотреть, как выглядит город. Я доверял своему агенту, поэтому согласился. В Москву мы полетели в сентябре. Было уже холодно, мне не понравилось. Подумал про себя, что зимой будет еще хуже, и сказал, что мы летим обратно.

- Но все же не улетел.

- Агент не сдавался и попросил меня потренироваться с командой, посмотреть ее уровень и поговорить с тренером, который очень хотел видеть меня в «Локомотиве». После тренировки я понял, что не могу не подписать контакт и что очень хочу остаться. При этом я по-прежнему опасался из-за того, что в чемпионате России практически не было африканских игроков. Но агент не сдавался и говорил, что у меня все получится. В итоге в январе мы подписали контракт. Даже после этого я сомневался, правильное ли это решение. С одной стороны, я был рад новому испытанию, с другой, беспокоился о комфорте и безопасности. Я впервые приехал в Восточную Европу надолго и слышал только стереотипы о ней.

- Твое отношение к России изменилось за эти годы?

- Да, все получилось не так, как я ожидал. Все в Москве и в клубе относились ко мне дружелюбно. Несмотря на то, что большинство футболистов и тренеров не говорили по-английски, они все равно спрашивали, как у меня дела, не нужно ли мне что-нибудь. Помню, что английский язык очень хотел выучить наш молодой игрок Марат Измайлов и постоянно общался со мной. Но проблема была в том, что я ничего не понимал по-русски, а он – по-английски, поэтому мы использовали жесты, чтобы объяснять значения некоторых слов. Руслан Пименов также хотел освоить английский и пытался обучить меня русскому. Постоянно подталкивал меня в компании, думал, что я стесняюсь.

- Кто еще запомнился в команде?

- Заза Джанашия – он был самым веселым. На тренировках постоянно разговаривал со мной, чтобы я чувствовал себя как дома. Конечно, на первой же тренировке меня удивил Лоськов. Несмотря на то, что мы не говорили на одном языке и до этого никогда не играли вместе, он всегда знал, как я будут открываться, и доставлял мяч в нужную точку. Со временем я начал получать удовольствие от игры с этими футболистами. Постепенно мое мнение о жизни в России изменилось.

- Кто был твоим самым близким другом в команде?

- Руслан Нигматуллин. Он хорошо меня понимал, и мы могли общаться на разные темы. Мне нравились ребята в команде, они сделали все, чтобы я хорошо себя чувствовал, но из-за языка я мог перекинуться ними только парой фраз, а иногда очень хотелось поговорить. Нигматуллин был всегда рядом.

- Сейчас общаешься с кем-то из «Локомотива»?

- Практически ни с кем. Последним, с кем я разговаривал, был Милан Обрадович. Он рассказывал, что начал тренерскую карьеру и работает в молодежной сборной Сербии. У него хороший английский, поэтому общаться было легко.

- Все болельщики «Локомотива» вспоминают твой дриблинг. Кто был твоим кумиром в детстве?

- Роберто Баджо. Феноменальный игрок. Его дриблинг был восхитительным, поэтому я старался перенять что-то для себя. Жаль, что мы не встретились на футбольном поле. Всегда хотел увидеть его вживую и пообщаться.

- В первом сезоне ты забил 14 голов за «Локомотив», но потом результативность снизилась. В чем причина?

- После первого сезона мне поступило предложение от французского «Ренна». Мне нравилось играть в «Локомотиве», но я скучал по Западной Европе, по ее образу жизни. Я подошел к Юрию Семину и попросил отпустить меня. Он очень расстроился и даже разозлился, но трансфер разрешил – при одном условии: если «Ренн» сможет заплатить столько, сколько захочет «Локомотив». В итоге переход не состоялся. Эта ситуация меня сильно отвлекала. Я пытался сосредоточиться на футболе, но мысли о переходе не выходили из головы. Потом начались травмы – мениск, бедро, связки. Когда футболист выбывает на два-три месяца, это сильно сказывается на его психологическом состоянии. Я так сильно переживал из-за травм, что иногда впадал в депрессию. Все эти факторы стали причиной спада.

- В 2002 году «Локомотив» завоевал первое чемпионство. Какие воспоминания остались у тебя о том сезоне?

- В той команде было что-то, что нельзя описать словами. Мы ни на кого не смотрели высокомерно, но вне зависимости от соперника знали, что победим. Даже в Золотом матче с ЦСКА. Эта игра была похожа на финал Лиги чемпионов, когда необходимо отдать все, чтобы завоевать титул. Помню, как вышел на поле и увидел кубок. Уже в тот момент я знал, что мы должны выиграть. Команда показала свой лучший футбол, а потом мы очень круто отпраздновали чемпионство.

- В 2004 году «Локомотив» завоевал второе чемпионство. Повторить успех было сложнее?

- Да. Но не потому, что наша команда стала слабее, а другие усилились. Все уже знали наши сильные и слабые стороны. Многие из соперников не выкладывались на сто процентов в других матчах, но против «Локомотива» показывали свою лучшую игру. Плотно действовали в защите и очень жестко фолили. Помню, что кто-то даже плюнул мне в лицо. Было непросто.

- В Лиге чемпионов ты забил «Реалу» на «Сантьяго Бернабеу». Самый важный гол в твоей карьере?

- На самом деле, нет. Конечно, это был особенный гол, но я не назову его самым важным. Во-первых, он был не очень красивым. Во-вторых, мы даже не выиграли тот матч. Самый важный гол – первый за «Андерлехт». Я тогда тяжело привыкал к Бельгии после переезда из Нигерии, скучал без родных. Этот гол, по сути, стал началом моей карьеры, необходимым шагом вперед. Я уже больше не нервничал.

- Самая важная команда в твоей карьере – «Локомотив» или «Андерлехт»?

- Сложно сказать. Я вырос в «Андерлехте», где меня очень любили и не оказывали никакого давления. Если у меня что-то не получалось, меня поддерживали. В «Локомотиве» было иначе. Клуб настолько амбициозный, что тренер относился к каждой игре, как к финалу. Ты не забил в одном матче – и сразу жесткий разговор. Я думал только о том, что если я не забью, тренер начнет кричать. Такие ситуации иногда отвлекают. Так что с точки зрения комфорта и прогресса я бы выбрал «Андерлехт», а сточки зрения побед и трофеев – «Локомотив».

- Каким тебе запомнился Юрий Семин?

- Семин был отличным тренером, жестким, мотиватором, особенным человеком. Он постоянно кричал на меня на русском, но я не понимал ни слова. Возможно, он видел во мне что-то, чего не видел даже я сам, и ждал, что я буду забивать по 50 голов за сезон. Помню и болельщиков «Локомотива». Однажды они сделали в мою честь баннер и всегда поддерживали. Жаль, что мне не удалось играть и дальше на уровне первого сезона. Но надеюсь, что я делал болельщиков счастливыми и теперь они вспоминают меня добрым словом.

- Вместе с «Локомотивом» ты объездил всю Россию. Самое странное место, в котором ты побывал?

- Такого не припомню. Мне повезло, что многие команды были из Москвы или Московской области, так что ездить далеко не приходись. Могу сказать, что мне нравилась Москва. Временами скучаю по этому городу. Надеюсь, что однажды я смогу туда приехать.

- Ты сыграл на чемпионате мира-2002. Твоя детская мечта сбылась?

- Конечно! Думаю, это мечта каждого футболиста и один из лучших моментов в жизни. Я вырос в стране с населением 200 миллионов человек, а потом меня вызвали в национальную сборную представлять эту страну на чемпионате мира. Ты играешь против топовых сборных и топовых футболистов. Меня расстроило только, что мы не смогли пройти далеко.

- В 2009 году ты перешел в «Тулон» из четвертого дивизиона Франции. Как ты там оказался?

- Я сломал левое бедро, когда играл в Австрии за ГАК. Врачи сразу сказали, что восстановление займет около года. По контракту оставалось шесть месяцев. В клубе заявили, что помогут с лечением и реабилитацией, но предлагать новый контракт не станут. Было непонятно, как я буду чувствовать себя после травмы и смогу ли вообще играть. В конце концов я вернулся в Нигерию, а вскоре мне позвонил знакомый тренер и уговорил приехать во Францию. Я сомневался и уже думал закончить карьеру, но все-таки решил попробовать. Провел несколько матчей и даже забил пару голов, но со временем боли в ноги стали сильнее. Я решил, что пора остановиться и думать о здоровье.

- Многие считают, что ты так и не реализовал свой талант до конца. Если бы ты мог вернуться в прошлое, что бы ты изменил в своей карьере?

- Мне не о чем жалеть. Все произошло так, как и должно было произойти. Я прекрасно провел время в Бельгии и России, поэтому всем доволен. Разочарован только количеством травм. Тренер «Грассхоппера» Рой Ходжсон говорил, что у меня большой талант и огромный потенциал, чтобы стать одним из лучших футболистов. Но тот факт, что сегодня я здоров, а завтра получаю травму, будет сдерживать мое развитие. Он оказался прав. Но я все равно считаю, что у меня была хорошая карьера, во время которой я наслаждался футболом.

пресс-служба ФК «Локомотив», Егор Георг

24 Августа 2020 17:30

Теги: день в истории

последние Публикации