Александр Фильцов: «Локомотив» - это моя судьба»

В интервью «Нашему «Локо» молодой голкипер вспоминает свое детство на Дальнем Востоке, объясняет, почему заниматься футболом иногда лучше в провинции, а не в Москве, и наконец открывает свою главную семейную тайну.

Шимановск, династия железнодорожников, БАМ

- Кажется, это твое первое большое интервью в жизни.

- Да, до этого только пару раз давал короткие комментарии после матчей в микст-зоне.

- Тогда пойдем по простому пути и начнем с детства. Ты родился в городе Шимановск – это Амурская область. Бурлак, который тоже делал первые шаги в футболе на Дальнем Востоке, рассказывал, что большую часть детства отыграл на «гари» - смеси песка и камней. У тебя, надо полагать, условия были не намного лучше?

- Может быть, даже еще хуже – Бурлак все-таки из Владивостока. А Шимановск – типичная российская провинция. Очень маленький городок, население всего двадцать тысяч человек. Инфраструктуры, естественно, никакой нет. Зимой играли в обычном спортзале в мини-футбол, летом – на улице. Но тоже без роскоши – за полями никто не ухаживал, так что трава до 40 сантиметров вырастала. Честно говоря, молодым там делать нечего – многие просто спиваются. Те, у кого есть хоть немного амбиций и денег, уезжают в Благовещенск. Хотя и там не сильно лучше. Принципиальная разница чувствуется только в Хабаровске – там  возможностей побольше.

- У тебя еще кто-то остался в Шимановске?

- Вся семья. Родители не хотят переезжать в Москву – они прожили в Шимановске всю жизнь, у них там обустроенный быт, все привычно. Мама у меня воспитательница в детском саду, а папа работает на железнодорожной дороге – в департаменте технического обслуживания. Поэтому можно сказать, что «Локомотив» - это моя судьба. (Смеется). Тем более что по папиной линии все мужчины были железнодорожниками: дядя, дедушка…Через Шимановск же БАМ проходит, так что железная дорога – одно из немногих мест, где хотя бы стабильно платят.

Благовещенск, китайское общежитие, Хэйхэ

- Как тебе удалось выбраться оттуда?

- В шестом классе я начал ездить на региональные турниры и играть за Благовещенск. Тренер команды в итоге сказал, что если хочу развиваться и дальше, нужно переезжать в Благовещенск. Но проживание они мне оплачивать не могли – деньги надо было искать самому. Огромное спасибо родителям – они мне тогда очень помогли, хотя с деньгами в семье было напряженно: нужно было еще одновременно оплачивать учебу сестры в Хабаровске. В итоге весь девятый класс я прожил в Благовещенске, мне снимали комнату в квартире. В начале лета с деньгами в семье стало совсем туго, и тогда на помощь пришел тренер. Прямо рядом со стадионом в Благовещенске был китайский рынок, а возле него – китайское общежитие. Тренер нашел мне в этом общежитии комнату, и я прожил там все лето.

- Три месяца в китайском общежитии – это, конечно, серьезное испытание.

- Самое веселье начиналось вечером. После рабочего дня все китайцы приходили домой и начинали готовить ужин. Причем готовили не в комнатах, а в общем коридоре на маленьких плитках. Одни готовили лягушек, вторые морепродукты, третьи лапшу с пряностями – и когда все эти запахи смешивались, аромат получался что надо. Хорошо еще, что моя комната была первой от выхода.

- На Дальнем Востоке китайцев уже действительно больше, чем русских?

- Помню, еще в школе учительница географии рассказывала нам, что в Китае на некоторых картах территория Амурской области обозначена, как китайский регион. Китайцев действительно очень много - в каждом городе, в каждой деревне. В основном они занимаются торговлей или строят дома. Все больше русских девушек выходят замуж за китайцев – они, по крайней мере, трудолюбивые и не так много пьют.

- Ты сам был в Китае?

- Один раз ездил в Хэйхэ – это город прямо напротив Благовещенска, на другом берегу Амура. Расстояние между городами – 700 метров. Моста нет, поэтому зимой автобусы прямо по льду ездят, а летом ходят катера на воздушных подушках. На выходные из Благовещенска многие ездят отдыхать в Китай – там хотя бы хорошие торговые центры есть. Забавно, что если смотреть из Хэйхэ на Благовещенск ночью – то кромешная тьма, только пара фонарей горит. А если наоборот – везде огоньки, все подсвечено. Хотя не стоит думать, что там рай. Во всей России живет 145 миллионов человек, а в Китае по статистике двести миллионов нищих.

Академия Коноплева, Дзагоев, второй дивизион

- Как ты попал в Академию Коноплева?

- Мы выиграли с Благовещенском чемпионат Дальнего Востока и поехали на финал чемпионата России. Там заняли последнее место, но меня все равно пригласили в Тольятти.

- После китайского общежития интернат Академии – пятизвездочный отель?

- Да. Там есть абсолютно все условия для развития, нас постоянно возили на международные турниры. Вообще Академия Коноплева – во многих смыслах идеальное место для подготовки молодых футболистов. Помимо классной инфраструктуры важно еще, что она находится в провинции – нет никаких соблазнов, ничего не отвлекает от футбола. Когда тебе 16-17 лет, это очень важно – лично знаю нескольких очень талантливых парней, которые так никуда и не пробились, потому что росли в Москве и в какой-то момент футбол в их жизни отошел на второй план.

- Кто еще из вашего выпуска пробился в премьер-лигу?

- Дзагоев и Юсупов. Хотя Артур на год постарше, но во втором дивизионе мы играли вместе.

- Тяжело было играть во втором дивизионе командой, целиком составленной из молодых парней?

- Поначалу да. Хотя это был отличный опыт – каждую неделю «рубиться» с мужиками. Сначала мы всем проигрывали, но потом результаты резко пошли вверх.

«Локомотив», дебют, Гилерме

- В 2010 году ты перешел в «Локомотив». Как мы уже выяснили, другого варианта продолжения карьеры у тебя быть просто не могло.

- Это правда, нельзя же было прерывать династию железнодорожников (смеется).

- С момента твоего переезда в Москву до дебюта в первой команде прошло полтора года. Не так уж и много, учитывая специфику твоего амплуа.

- Согласен. На самом деле я мог дебютировать еще на месяц раньше, в домашнем матче с «Анжи». Там была сумасшедшая история. Я тогда хоть и тренировался с «молодежкой», но старался не пропускать домашние матчи «основы» и ходить на стадион. Перед игрой с «Анжи» на разминке сломался Антон Амельченко, а Артем Гомелько, который тогда был третьим вратарем, уже уехал на молодежный чемпионат Европы. В итоге звонят мне: «Ты где?» - «На стадионе.» - «Быстро переодевайся и спускайся к полю». Мою фамилию оперативно внесли в предматчевый протокол, и уже через несколько минут я сидел на скамейке. Через десять минут после начала матча Гилерме в игровом эпизоде получил мощный удар в живот, и я уже даже подумал, что сейчас выйду на поле. Но в итоге врачи привели его в чувство, а мой дебют состоялся на три игры позже, когда Гиля получил красную карточку в матче со «Спартаком».

- Считается, что у вратарей из одной команды по определению отношения друг с другом всегда натянутые. Но глядя на вас с Гилерме, кажется, что это все-таки скорее стереотип, чем правда.  

- Я очень уважаю Гилю. И не только за игровые качества, но и за характер. У него были две подряд серьезнейшие травмы, его выставляли на продажу, но после двух операций его никто не хотел покупать, он был чуть ли не восьмым вратарем в «Локомотиве» - а сейчас это объективно один из лучших голкиперов премьер-лиги. Имея такого напарника, я каждый день на тренировках учусь чему-то новому, развиваюсь. А когда мне предоставляется шанс показать себя в игре – стараюсь использовать его по максимуму.